Статья написана: Апрель, 2007
Автор: Катя Тонечкина (Дмитрий Лопухов)
Гангстерская драма

С этой минуты ему запрещается употреблять в пищу индийские приправы, развлекать друзей, изображая снесшую яичко курицу, а также убивать кого бы то ни было по имени Вито.
Вуди Аллен. «Взгляд на организованную преступность»

Один из величайших режиссеров современности — Мартин Скорсезе — в авторском проекте «История американского кино от Мартина Скорсезе» (A Personal Journey with Martin Scorsese Through American Movies, 1995) назвал гангстерскую драму важнейшим жанром современного кинематографа. Ни на секунду не сомневаюсь, что если провести опрос среди всех значимых кинодеятелей нашего времени, то добрая половина из них будут полностью солидарна со Скорсезе. Если собрать все кинопремии и награды, присужденные гангстерским драмам за время существования движущихся картинок, и высыпать их в Тихий Океан, то нам сей же час придется браться за строительство ковчегов и поиск парных тварей. Гангстерские драмы — это одна из наиболее ярких и значимых вех современного кино, без них кинематограф немыслим. И даже сейчас, когда развитие компьютерных технологий сместило вектор зрительского интереса в сторону красочного зрелища и многомиллионных спецэффектов, гангстерские драмы продолжают уверенно держать удар. Главное тому доказательство — признание картины «Отступники» (Departed, 2006) Мартина Скорсезе лучшим фильмом 2006-го года (помимо «Оскара» Скорсезе и компания получили за него еще три десятка престижных наград), и состоявшаяся в том же 2006-ом «игровая» реанимация двух величайших гангстерских драм — «Крестного отца» и «Лица со шрамом».

В чем же причина феноменальной популярности подобных картин? Наиболее агрессивные критики жанра (некоторые из которых ни разу в жизни не видели настоящей гангстерской драмы и судят о них либо по дальним родственникам — простодушным боевикам класса «Б», либо и вовсе по напетым Рабиновичем мотивам) утверждают, что фильмы эти воспевают насилие и жестокость, создают в глазах обывателя романтический образ гангстера и толкают тем самым людей в пучины порока. Дон Б. Соува в своей книге «125 запрещенных фильмов» приводит текст требования остановить работу над картиной «Лицо со шрамом» (Scarface, 1932): «Этот фильм нельзя снимать ни при каких обстоятельствах. И американский народ, и все добросовестные комиссии по цензуре штатов считают гангстеров и хулиганов отвратительными. Гангстерство не должно упоминаться в кинематографе. Если вы все-таки наберетесь храбрости снять “Лицо со шрамом”, эта организация сделает все, чтобы он никогда не вышел в свет». Кто сейчас вспомнит автора сего воззвания, главу Комитета по связям с киностудиями Джейсона Джоя? Правильно — никто. Зато картина Ховарда Хоукса выдержала испытание времен и стала настоящей киноклассикой; она была включена Библиотекой Конгресса США в Национальный реестр кинокартин, а великий режиссер и кинотеоретик Жан-Люк Годар назвал «Лицо со шрамом» лучшим американским фильмом эпохи звукового кино. Снятый в 1983-ем году Брайаном Де Пальмой римейк «Лица со шрамом» и по сей день остается одной из самых выдающихся американских гангстерских драм.

Почему же так произошло? Неужели из-за того, что зрителю нравится смотреть на то, как безобразничают «гангстеры и хулиганы»? Конечно нет. Среди общей массы потребителей кинопродукции есть некоторый микроскопический процент отморозков, получающих наслаждение от созерцания кровавых преступлений и пытающихся использовать подобные фильмы в качестве учебного пособия, но существование этих индивидов — вовсе не повод лишать радостей искусства — кинематографа, литературы, наконец, компьютерных игр — здоровых людей. «Перестроечная» шпана безумно любила гонконгские боевики с Джеки Чаном и Брюсом Ли. Неужели кто-то всерьез думает, что если бы фильмы «Пьяный мастер» и «Большой босс» запретили, то солнцевские и люберецкие малолетние бандиты передумали бы объединяться в преступные группировки? Вероятность того, что законопослушный человек после просмотра гангстерской драмы решит сделаться уголовником примерно равна вероятности того, что тихая старушка, посмотрев мультфильм про Чебурашку и крокодила Гену, возьмет рогатку и отправится бить окна.

Зритель любит гангстерские драмы за то, что они представляют для них своеобразный иллюминатор в неведомый мир — мир продажных политиков, теневого бизнеса и свободного наркотранзита. Это не далекий марсианский мир, не находящаяся в ином измерении Земля и даже не мрачная антиутопическая вселенная. Нет! Ассоциация продюсеров и дистрибьютеров художественных фильмов не случайно возмущалась тем, что по сценарию оригинального «Лица со шрамом» в картине должны были присутствовать сцены, в которых политики и полицейские чины тайно заключают взаимовыгодные договоры с гангстерами. Гангстерские драмы, открывавшие людям глаза на чудовищные преступления, которые коррумпированные чиновники обтяпывали вместе с бандитами, были для «замазавшихся» властьимущих точно занесенная над головой карающая длань. Почувствовав запах паленой шерсти, коррупционеры поспешно заводили механизмы адских пропагандистских машинок: всеми средствами пытались помешать съемкам, запретить готовые картины или хотя бы подвергнуть их беспощадной цензуре. Но тщетно — люди уже прильнули к иллюминаторам.

Дон Соува в своей книге приводит цитату из газеты New York Herald-Tribune начала тридцатых годов: «”Лицо со шрамом” — честное и серьезное доказательство существования преступного правительства в Америке, и, по существу, этот фильм станет потрясающим двигателем для нашего государственного и федерального правительства, чтобы оно приняло более действенные меры по избавлению страны от бандитизма». Гангстерские драмы стали прожектором, с помощью которого люди смогли рассмотреть скрывавшийся доселе в ночном сумраке лик организованной преступности. Нетрудно догадаться, что большинство деятелей, требовавших запрета гангстерских драм, были лично заинтересованы в том, чтобы люди оставались слепыми и глухими. Другую же часть «борцов» составляли ортодоксальные консерваторы, которые традиционно пытаются запретить вообще все, что не укладывается в рамках их персональной морали (небезызвестный Джек Томпсон — одна из тупиковых ветвей эволюции подобных граждан).

По счастью негодяям и глупцам не удалось перекрыть жанру кислород. Гангстерская драма развивалась и хорошела день ото дня, и во второй половине двадцатого века заняла подобающее место на кинематографическом Олимпе.

История

Прежде чем приступить к рассказу об эволюции гангстерской драмы, стоит определиться, какие вообще фильмы относятся к данному жанру, а какие — обитают по соседству. Следует понимать, что бесчисленные боевики, в которых рассказывается о том, как отважный супергерой (отставной спецназовец, жестокий полицейский, разумная собака или робот-милиционер) сокрушает мафиозные кланы — это вовсе не гангстерские драмы. Преступники здесь играют роль реквизита, призванного облегчить супергерою демонстрацию своих выдающихся способностей, а психологические коллизии, как правило, сводятся к проблеме выбора главным героем модели ручного гранатомета и очередности истребления бандитов. Не относятся к гангстерским драмам и фильмы про уголовников-одиночек, маньяков и наркоманов. Здесь нет организованной структуры, нет сложных взаимоотношений внутри и вне нее. Детективы, в которых главенствующая роль отводится сыщику, распутывающему преступление (пусть даже и совершенное представителями мафиозного клана) — это тоже не гангстерские драмы. Ибо здесь преступники являются лишь элементами декора, тогда как основное внимание уделяется процедуре разгадки уголовного ребуса.

Гангстерская драма — это драматическое произведение, сюжет которого строится вокруг одной или нескольких гангстерских группировок. В подобных произведениях предельно натуралистично показывается повседневная жизнь преступников, их взаимоотношения внутри клана и вне его; нередко делается акцент на связи мафии и политиков, публичных персон и полицейских чинов. Классическая гангстерская драма практически всегда строится по принципу «взлет и падение»: зритель наблюдает за становлением преступников, выход их на пик активности и последующее неизбежное падение в бездну. Вопреки распространенному мнению, «стрельбы и взрывов» в гангстерских драмах не «катастрофически много» (в среднестатистическом боевике, например, их больше во много раз) — основное внимание уделяется психологическим коллизиям, старым как мир проблемам любви и ненависти, дружбы и вражды, преданности и предательства.

С жанровыми рамками разобрались. Теперь окинем взглядом историю жанра. Рождение гангстерской драмы состоялось в далеком 1912-ом году, биологическим ее батюшкой стал режиссер-новатор Дэвид Уорк Гриффит. Его черно-белый немой кинофильм «Мушкетеры Свиной аллеи» (The Musketeers of Pig Alley) впервые дал возможность зрителю полюбоваться теневой стороной Нью-Йорка. Герой картины — бедный музыкант — ограблен гангстерами. Понимая, что без этих денег семье не протянуть, музыкант отправляется на поиски своих обидчиков. Тем временем его молодая супруга совершенно случайно становится причиной конфликта вожаков двух гангстерских банд. Преступники устраивают разборку, а оказавшийся поблизости музыкант неожиданно узнает в одном из преступников своего былого обидчика. Молодой человек, воспользовавшись моментом, отбирает у гангстера деньги и убегает домой. Но по иронии судьбы к нему в квартиру врывается, спасаясь от погони, тот самый гангстер, что грабил его и приставал к его жене. Заканчивается все, впрочем, на мажорной ноте. Сюжет несколько сумбурен и наивен, но немые короткометражки начала двадцатого века редко бывали иными. Зато в «Мушкетерах Свиной аллеи» впервые появились элементы, ставшие впоследствии каноническими: внешний вид и типажи преступников, «ресторанная» сцена, гангстерские разборки. Фильм «Мушкетеры Свиной аллеи» памятен исследователям кинематографа еще и тем, что он был одной из первых картин, в которой использовалась технология перехода общего плана в крупный (сейчас этот прием можно наблюдать практически в каждом фильме).

В 1915-ом году американец Рауль Уолш снял фильм «Регенерация» (Regeneration), сюжет которого строился вокруг жизненного пути Оуэна Конвэя, потерявшего в раннем возрасте мать. В семнадцатилетнем возрасте Конвэй ступил на преступную дорожку, и к двадцати пяти уже стал лидером гангстерской группировки.

Гангстерская драма окончательно оформилась как жанр в 1927-ом году, когда американец австрийского происхождения Джозеф фон Штернберг закончил работу над фильмом «Подполье» (Underworld). В весьма приличной этой немой картине рассказывалась история жизни и злодеяний кровожадного гангстера Булла Уида. «Подполье» неожиданно для его создателей стало хитом и принесло сценаристу Бену Хекту премию «Оскар».

30-е годы стали периодом расцвета гангстерских драм. Агония сухого закона, Великая депрессия, увеличение активности преступных группировок, чудовищная коррупция в высших эшелонах власти — все это сделало гангстерскую драму как никогда более актуальной. Голливуд принялся лепить хиты как пирожки.

В 1931-ом на экраны выходит фильм Мервина Лероя «Маленький Цезарь» (Little Caesar). Блестящая эта гангстерская драма стала одной из первых картин, повествующих о преступных деяниях итало-американского гангстера Аль Капоне. В «Маленьком Цезаре» рассказывается о жизненном пути преступника Рико (в нем зритель без труда опознает легендарного чикагского гангстера), поставившего себе цель добиться любыми средствами известности и богатства. Фильм Лероя был благосклонно принят зрителями и принес создателям солидный доход. Именно после «Маленького Цезаря» голливудские боссы смекнули, что ставить гангстерские драмы чертовски выгодно.

Среди многочисленных фильмов, последовавших за «Маленьким Цезарем», стоит выделить еще две сверхудачные картины, также посвященные «подвигам» Аль Капоне, — великолепную гангстерскую драму «Враг общества» (The Public Enemy, 1931) Уильяма Уэллмана и упоминавшийся уже ранее фильм Ховарда Хоукса «Лицо со шрамом». Главный герой «Лица со шрамом» — итало-американский гангстер Тони Камонте. Его лицо изуродовано шрамом, его помыслы — жаждой власти и денег. Босс Тони — Джонни Лово — занимается бутлегерским бизнесом — торгуют спиртными напитками (запрещенными в годы сухого закона). Тони и его подручные убирают конкурентов и обрабатывают потенциальных покупателей, насильно заставляя тех закупать пиво у Лово. Дела идут прекрасно, но Тони этого мало: синица в руках его не устраивает, ради кружащегося в небе журавля Камонте готов пойти на самые дерзкие и кровавые преступления… Фильм «Лицо со шрамом» стал абсолютной классикой жанра и во многом предопределил дальнейшую его эволюцию.

В 38-ом году вышел в свет фильм Майкла Кертица «Ангелы с грязными лицами» (Angels with Dirty Faces). В картине этой рассказывалась история двух друзей — Роки Салливана и Джерри Коннелли. Оба парня выросли в Нью-Йорке, оба в юные годы нередко нарушали закон. Минули годы, один из них стал священником, а другой — беспощадным гангстером. И вот пути героев вновь пересеклись… Примечателен тот факт, что фильм Кертица являл собой ответ на своеобразный социальный заказ картин, деромантизирующих образ гангстера и призывающих молодежь остерегаться шатких тропок криминала. Несмотря на подобное происхождение, фильм «Ангелы с грязными лицами» получился крайне пристойным и вполне заслуженно номинировался на «Оскар».

40-ые годы ознаменовались рождением и последующей смертью одного из наиболее загадочных киножанров — нуара. Стильные, наполненные мрачной тоской, пропитанные фатализмом и пессимизмом фильмы нуар позаимствовали у гангстерских драм место действия и антураж, обогатил его необычайным психологизмом и чудовищным (хотя казалось бы — куда уж больше!) цинизмом. Взаимная любовь нуара и гангстерской драмы подарило миру несколько совершенно феноменальных картин, особняком среди которых стоит фильм Рауля Уолша «Белая Горячка» (White Heat, 1949). Глубокая психологическая подоплека (фрейдистские комплексы главного героя и его ярко выраженная психопатия) разительно отличает картину Уолша от классических криминальных фильмов 30-х годов. Современная гангстерская драма многим обязана этой картине.

В следующие десятилетия гангстерская драма активно развивается, закономерным финалом чего становится выход в 72-ом году на киноэкраны одного из величайших фильмов в истории современного кинематографа — «Крестного Отца» (The Godfather) Фрэнсиса Форда Копполы. Блестящая экранизация одноименного романа Марио Пьюзо получила десятки престижнейших премий (в том числе три «Оскара») и немедленно превратила гангстерскую драму в один из наиболее уважаемых и престижных кинематографических жанров века. В 74-ом году Коппола снял вторую часть картины, а в 90-ом — третью. В центре сюжета трилогии лежит история становления и падения могущественной семьи Корлеоне, показанная глазами представителей различных ее поколений.

В 1973-ем году «выстрелил» еще один гений гангстерской драмы — великий режиссер Мартин Скорсезе. Его фильм «Злые улицы» (Mean Streets) не затерялся даже между двух «Крестных Отцов». В «Злых улицах» перед зрителем раскрывалась история четырех молодых парней, желавших играть главенствующие роли на злых гангстерских улицах, но находившихся в тени своих родственников-мафиози. В 1990-ом году Скорсезе снял одну из лучших гангстерских драм современности — картину «Хорошие парни» (Goodfellas). В блестящем этом фильме рассказывается история жизни и злодеяний трех прирожденных гангстеров — Джимми Конвэя, Генри Хилла и Томми Де Вито. Изящнейшим образом Скорсезе живописует путь молодых преступников к власти, расцвет их гангстерской деятельности, неизбежный закат и финальную катастрофу. «Хорошие парни» — предельно натуралистичная, лишенная каких-либо сантиментов и глянцевого лоска гангстерская драма. Великолепная режиссура, потрясающая игра актеров, замечательный сценарий — все это позволяет поставить «Хороших парней» на одну ступень с легендарным «Крестным отцом». Фильм заслуженно получил три десятка престижных кинопремий, и совершенно незаслуженно было обделен «Оскарами» (6 номинаций, и лишь одна награда в номинации «Лучший актер второго плана»). В 1995-ом году Скорсезе закончил работу над еще одной великолепной гангстерской драмой — фильмом «Казино» (Casino). В картине этой (поставленной, как и «Хорошие парни», по книге Николаса Пиледжи) рассказывается история жизни Сэма Ротстейна, поставленного мафиозным кланом управляющим казино в Лас-Вегасе. Будни гангстеров изображаются со свойственным Скорсезе натурализмом. Так в фильме, например, есть один из наиболее жестоких и шокирующих эпизодов в истории жанра — сцена, в которой гангстер Ники Санторо, охраняющий Ротстейна от посягательств, за оскорбление своего подзащитного забивает обидчика до полусмерти ручкой. В 2006-ом Скорсезе снял последнюю свою на текущий момент гангстерскую драму — «Отступники» (Departed), римейк гонконгского криминального боевика «Двойная рокировка» (Mou gaan dou, 2002). В этой картине, получившей четыре «Оскара» и еще несколько десятков престижных кинопремий, рассказываются параллельно две истории — история молодого полицейского, работающего под прикрытием в криминальной группировке, и история гангстера, внедренного в полицию. Фильм «Отступники» наглядно демонстрирует ситуацию с гангстерской драмой в кинематографе нового века и знаменует отход Скорсезе от канонов (многие из которых он сам же и придумал) в пользу кросс-жанровых миксов.

В 1983-ем году режиссер Брайна Де Пальма снял фильм «Лицо со шрамом», замечательный римейк классической гангстерской драмы 32-го года. Де Пальма перенес место действия в современную Америку, заменил итало-американца Тони Камонте на кубинца Тони Монтану, а вместо неактуального бутлегерского бизнеса «заставил» гангстеров заняться наркотранзитом. «Лицо со шрамом» Де Пальмы стало настоящей классикой гангстерской драмы, породило множество пародий и подражаний. Снятый Де Пальмой в 1987-ом году фильм «Неприкасаемые» (The Untouchables) к гангстерской драме относят, скорее всего, исключительно по инерции. В действительности же это довольно обычная «история честного копа и его команды», сражающихся с гангстерами Аль Капоне. Фильм местами слишком слащав и до неприличного глянцев. Впрочем, картине этой можно многое простить за весьма стильную и забавную сцену на лестнице, деконструирующую эпизод из «Броненосца Потемкина» Эйзенштейна. В 1993-ем Де Пальма вернулся к корням и снял очень симпатичную гангстерскую драму «Путь Карлито» (Carlito’s Way), в которой рассказал историю преступника-ветерана Карлито Бриганте, вернувшегося из тюрьмы и обнаружившего, что гангстерский мир за время его отсутствия кардинально изменился. Бриганте попытался заняться честным бизнесом, но вскоре обнаружил, что убежать от собственного прошлого невозможно…

История гангстерской драмы будет неполной без упоминания еще одного режиссера. Король спагетти-вестернов Серджио Леоне снял лишь один гангстерский фильм, но его с лихвой хватило, чтобы вознести итальянца на жанровый Олимп. «Однажды в Америке» (Once Upon a Time in America, 1984) — масштабное четырехчасовое эпическое полотно, рассказывающее о жизненном пути нескольких старинных друзей, волей судьбы ставших безжалостными гангстерами. Феноменальная эта картина наряду с «Крестным Отцом», «Славными парнями» и «Лицом со Шрамом» является величайшей гангстерской драмой минувшего века и всерьез претендует на звание лучшей картины в истории мирового кинематографа.

Теперь ты — гангстер

Гангстеры традиционно выступают в качестве мальчиков для битья в компьютерных играх. Перечислить все произведения, в которых протагонисту приходилось истреблять, спасая похищенную подружку или спасая Землю от Могущественного Злодея, кровожадных мафиози, по-моему, не представляется возможным. Однако подобного рода игры нас в данном случае не интересуют, ибо источником вдохновения их создателей были вовсе не гангстерские драмы, но многочисленные боевики, которые, как мы уже выяснили, к исследуемому нами жанру отношение имеют крайне опосредованное. Настоящих гангстерских «игродрам», строго следующих жанровым канонам, в истории индустрии было не так уж много.

Одной из первых настоящих гангстерских игр я рискну назвать The King of Chicago, выпущенную в 1988-ом году компанией Mindscape. В симпатичной этой игре нам предстояло взять на себя роль молодого гангстера Пинки, проживающего в Чикаго в начале тридцатых годов двадцатого века. Король преступного мира Аль Капоне угодил за решетку и трон на время освободился. Пинки не прочь на него забраться. Чтобы воплотить в жизнь свои планы, он должен грамотно управлять своими «славными парнями», следить за положением в преступном мире, контактировать с дружественными и враждебными гангстерами… По нынешним стандартам графика в игре феноменально бедная (в версии для PC, например, можно любоваться лишь четырехцветным CGA-картинками), однако прекрасная атмосфера и увлекательный геймплей довольно быстро заставляют забыть об этом неудобстве. The King of Chicago — это прекрасная возможность побывать в эпицентре гангстерской драмы, ощутить себя подпольным королем преступного Чикаго.

В 1991-ом году компания Titus выпустила довольно симпатичный экшн Crime Does Not Pay. В игре этой нам предстояло управлять одной из двух гангстерских семей, совершать массовые злодеяния, увеличивая, тем самым, авторитет своего клана и приближая тот прекрасный день, когда вы наконец-то сможете взять город под единоличный контроль. В том же 1991-ом US Gold выбросила на рынок довольно посредственный экшн The Godfather, являвшийся, как то несложно понять из названия, игровой реализацией шедевра Копполы. Увы, ничем выдающимся, за исключением разве что графики, которая для тех лет была более чем пристойной, эта нудноватая и вялая игра похвастаться не могла.

В 1994-ом году компания NEO Software выпустила для платформ Amiga и PC довольно милую приключенческо-стратегическую игру The Clue! В ней игроку предстояло забраться в шкуру молодого гангстера Мэтта, решившего сделаться самым крутым и богатым преступником современности и заняться нелегкой работой — домушничеством. Игра эта не вполне удовлетворял всем сюжетным требованиям, предъявляемым к гангстерским драмам, однако вне всяких сомнений являлась их утонченной близкой родственницей. Чтобы помочь Мэтту преуспеть в его начинаниях, от игрока требовалось грамотно планировать ограбления, закупать необходимую амуницию, разговаривать с нужными людьми, обеспечивать уход с места преступления и так далее. The Clue! — один из тех маленьких шедевров середины 90-х, которые и по сей день смотрятся весьма прилично и по уровню аддиктивности и интересности способны тягаться с даже общепризнанными монстрами игровой промышленности.

В 1996-ом году New World Computing издала разработанную компанией Stickman Games стратегическую игру Chaos Overlords. Несмотря на то, что местом действия является мрачный киберпанковский город будущего, сюжет игры полностью соответствует канонам классической гангстерской драмы. В Chaos Overlords нам предлагается взять под контроль одну из гангстерских группировок и помочь ей взять весь город под свой единоличный контроль. Chaos Overlords — очень приличная пошаговая стратегия, выполненная в стиле традиционных настольных игр. Must see, как говорится.

В 1996-ом году финская компания Byte Enchanters выпустила весьма приличную и довольно оригинальную многопользовательскую игру Legal Crime. Минусов у этой чудесной гангстерской стратегии было не много, зато плюс — хоть отбавляй. Увы, игра не имела оффлайновых кампаний, и предназначалась исключительно для игры на просторах Всемирной Паутины. Недостаток этот был исправлен в 1998-ом году, когда парни из Byte Enchanters в сотрудничестве с московской студией Snowball Interactive выпустили новую версию игры — «Чикаго, 1932: Дон Капоне». В этой славной стратегии реального времени игроку предстояло влезть в шкуру одного из самых одиозных гангстеров двадцатого века и, используя силу, мозги и деньги, установить власть в Чикаго.

В самом конце 98-го года Eidos Interactive выпустила созданную в недрах Hothouse Creations игру Gangsters: Organized Crime. В этой стратегии нам предстояло играть роль мафиозного босса, стремящегося установить контроль над неким несчастным городком. Приличная эта и довольно сложная игра получила в свое время довольно полярные отзывы от игрокритиков, однако тем, кому по вкусу гангстерские драмы и игры, в которых следует не только активно колотить по кнопкам мыши, но и думать, я Gangsters: Organized Crime рекомендую настоятельно. В 2001-ом году Eidos Interactive выпустила вторую часть своей стратегической гангстерской саги — Gangsters 2: Vendetta, тоже вполне приличную игру.

В 1999-ом году Interplay Productions выпустила на свет божий очаровательный трехмерный экшн Kingpin: Life of Crime. Крайне брутальная и нечеловечески увлекательная эта игра давала нам возможность почувствовать себя в шкуре гангстера, планирующего взобраться на самые вершины преступной иерархической лестницы. Для этого требовалось грабить, избивать и запугивать, причем, творить все эти подвиги можно было (и даже нужно) не в одиночку, а вместе с наемными «славными парнями». Kingpin и сейчас смотрится весьма прилично, а для своего времени он и вовсе был шедевром (особенно после того, как вышли патчи, исправлявшие досадные баги).

…Только-только я набрала обороты, а уже пора закругляться. Посему о гангстерских «игродрамах» нового века расскажу в трех словах. Великая серия Grand Theft Auto (которая и сама творилась под впечатление кинематографической классики жанра) установила новый стандарт игр о приключениях преступников. Современная гангстерская игродрама в девяти случаях из десяти представляет собой вариацию на тему бессмертной классики от Rockstar Games. Думаю, нет смысла отдельно рассказывать о прекрасной игре Mafia, о двух неплохих прошлогодних «игроизациях» гангстерской киноклассики — Godfather и Scarface. Все это было совсем недавно — вы должны хорошо помнить. На волне популярности серии Gangsters, издаваемой Eidos Interactive, как грибы полезли гангстерские стратегии. Лишь немногие из них были достойны своих предшественников. Gangland, разработанная в 2004-ом году MediaMobsters, держала удар, а вот The Boss: La Cosa Nostra того же года — нет.

Гангстерской драме предстоят еще долгие годы жизни. Она будет эволюционировать, давать новые отростки, принимать неожиданные формы. Кинематограф и литературу гангстерская драма уже покорила, сейчас она активно покоряет компьютерные игры.

Что дальше? Кто станет следующей жертвой «славных парней»? Не будем загадывать, поживем — увидим.





Если Вас заинтересовал этот текст, то, вполне возможно, заинтересует и кое-что из следующих статей:


Ваш комментарий:






Тоже интересно:


    Подозреваю, что если тритона обучить шлепать печатью по бумажкам, смотреть презрительно из-под очков и уходить с работы на час раньше положенного срока, то справляться с этим он будет вовсе не хуже, чем расфуфыренная какая-нибудь Галина Матвеевна из паспортного стола. Ну, а с присваиванием бюджетных средств, выделенных на ремонт детских садов, вполне справится какой-нибудь бобер или енот, тем более, как нам всем известно, еноты вообще хорошо обучаемы…

    [ читать полностью ]