Статья написана: Ноябрь, 2006
Автор: Катя Тонечкина (Дмитрий Лопухов)
Ларри Нивен: Куратор Мира-Кольца

Ларри Нивен вне всяких сомнений заслуживает классического «вступления с придыханием»: небольшого рассказа о том, как много он сделал для современной литературы с плавным переходом к биографии. Но на этот раз я решила отойти от устоявшихся правил и начать рассказ о великом американском писателе с цитаты… из статьи советского кинорежиссера Михаила Ромма (те читатели, у которых слово «искусствоведение» вызывает неприятные ассоциации, могут смело пропустить два следующих абзаца).

«Кинематограф родился на скрещении литературы, театра, живописи, музыки. Телевидение рождается на том же перекрестке этих родителей, оно впитывает опыт кинематографа, опыт радио и опыт газеты. Если мы называем кинематограф синтетическим искусством, то еще в большей мере это относится к телевидению. Вот уж поистине дитя всех областей культуры, и именно поэтому техническое развитие обгоняет его внутреннее развитие как искусства». Статью «Поглядим на дорогу» Ромм написал почти полвека назад, разумеется, в те годы он и представить не мог, что в недалеком будущем появится совершенно новая форма искусства, которое унаследует, как когда-то телевидение, черты своих многочисленных предшественников. Электронные игры впитали в себя и опыт кинематографа, и театра, и живописи, и музыки, и телевидения. И в точности так же, как и в случае с телевидением, техническое развитие электронных игр происходит куда как более быстрыми темпами, нежели их развитие как одной из форм искусства: согласитесь, со времен «рогаликов» и текстовых квестов визуальная сторона игр изменилась до неузнаваемости. Анализ внешних факторов позволяет констатировать: между допотопной King’s Bounty и свежим Heroes of Might and Magic V — миллионы световых лет. Более же глубокий анализ дает куда как более занятные результаты: с технической точки зрения игра полностью преобразилась, но ее содержимое, некая внутренняя эстетика, претерпела куда как меньшие изменения. Понятное дело, все это — тема для отдельной дискуссии; в данном же конкретном случае я хочу обратить ваше, уважаемые читатели, внимание на некую цикличность возникновения синтетических форм искусств: кинематограф, телевидение, видеоигры. Первые два, появившись, не удостаивались внимания Большого Искусствоведения, им пришлось преодолевать долгий тернистый путь от презрения до признания. Компьютерные игры сейчас повторяют пусть своих старших собратьев — неохотно, вяло и осторожно пресловутое Большое Искусствоведение начинает снисходить до электронных пасынков искусства; по привычке морщась и презрительно хмыкая, обращать на них внимание. Тем важнее для нас успеть обнаружить все те составные элементы, из которых это новое искусство синтезировалось, пока электронные игры окончательно не сделались вещью в себе, с исключительно внутренней историей («В начале был Spacewar, а до него не существовало вообще ничего…»).

Люди, которые сейчас делают прекрасные игры, когда-то вдохновлялись книгами, фильмами и картинами. Неизвестно, как бы сейчас выглядел ландшафт игровой индустрии, если бы Толкиен не написал свой «Властелин Колец», Джордж Лукас не снял «Звездные Войны», а Сальвадор Дали и вовсе не брал в руки кисть. Один из таких людей, без которых сложно представить современную вселенную электронных развлечений — американский фантаст Ларри Нивен. Несмотря на то, что игр непосредственно по его книгам выпущено немного, творчество писателя стало своеобразным архетипом для многих современных игроделов. Завершая затянувшееся вступление, предлагаю отправиться в путешествие к истокам столь почитаемого нами искусства и попытаться понять, почему, например, дизайнеру Джейсону Джонсу, одному из основателей Bungie Studios, приходится оправдываться перед пытливыми исследователями и убеждать их, что напрямую из романов Нивена для игровой вселенной Halo создатели ничего не заимствовали, и почти тут же признаваться, что все они большие поклонники классической научной фантастики. Поехали?

Твердейший из твердых

Лоренс ван Котт Нивен родился 30-го апреля 1938-го года в Лос-Анджелесе, штат Калифорния. В отличие от других литературных грандов, Ларри о своем детстве распространяться не любит и воспитательных историй о том, как с трех лет он начал читать приключения и фантастику, никогда не рассказывает. Нивен был совершенно обычным ребенком с самыми типичными для тех времен увлечениями и предпочтениями. В юности он вовсе не планировал становиться известным писателем и совершенно точно не желал придумывать фантастические миры. В 1956-ом году молодой Нивен поступил в Калифорнийский технологический институт, откуда и был благополучно отчислен ровно через полтора года после начала обучения. В черный список будущий грандмастер научной фантастики угодил из-за… книжного магазина. Прогуливаясь по улочкам Пасадены, Ларри совершенно неожиданно наткнулся на крошечную торговую точку, заваленную подержанными книгами и журналами. Бог его знает, чем все это могло закончится, если бы среди завалов ветхой периодики юный Нивен раскопал бы журнал революционной литературы и искусства New Masses или какой-нибудь местный аналог издания «Животновод для всех». Человечеству повезло — в руки Ларри попала научно-фантастическая периодика.

Высшее образование Нивен все-таки получил: в 1962-ом году он окончил Университет Уошбурн в Канзасе, получил степень бакалавра, а чуть позднее защитил магистерскую диссертацию по математике. Но науке не суждено было заполучить еще одного молодого адепта — уже в 1964-ом году в декабрьском выпуске журнала Worlds of If (главным редактором которого в те годы был известный писатель Фредерик Пол) появился дебютный научно-фантастический рассказ Нивена «Самое холодное место» (The Coldest Place). Прямо скажем, никаких особых достоинств у рассказа не наблюдалось (дебютные тексты вообще крайне редко становятся Откровением), однако он недвусмысленно давал понять, что писатель Ларри Нивену с легковесными боевиками не по пути: «Самое холодное место» — типичный образчик «твердой» научной фантастики. События в The Coldest Place происходят на темной стороне Меркурия, самом холодном месте Солнечной системы. Забавный факт — практически синхронно с публикацией рассказа астрономы установили, что Меркурий вращается несинхронно, и описанного Нивеном места на ближайшей к Солнцу планете не существует.

«Меркурианский» курьез из колеи Нивена не выбил: он продолжает уверенно держаться первоначального курса. И в 1967-ом году получает престижную премию «Хьюго» за рассказ «Нейтронная звезда» (Neutron Star). Главному герою рассказа — пилоту Беовульфу Шэфферу (потрясающее имя!) — представитель инопланетной расы кукольников делает предложение, от которого тот не в силах отказаться. Беовульф экспериментальным путем должен выяснить, почему погибли пилоты сверхнадежного космического корабля, изучавшего загадочную нейтронную звезду. Понятное дело, с задачей Шэффер справляется. Рассказ читать тяжело — отдельные абзацы больше смахивают на отрывки из конспекта по релятивистской астрофизике, но в этом и заключается особый шарм нивеновской прозы. Наука не стоит на месте, за прошедшие с момента публикации 40 лет представления о нейтронных звездах несколько изменились, однако и по сей день рассказ выглядит предельно натуралистично и достоверно. Произведения Ларри Нивена предоставляют потрясающую возможность ощутить себя свидетелем всех тех чудес, которыми полнится наша Вселенная. И это вовсе не эскапистские фантазии, а согласующиеся (с поправкой на время написания, конечно) с наукой выкладки.

В 1970-ом году выходит самое известное произведение Ларри Нивена — роман «Мир-Кольцо» (Ringworld). Книга почти сразу же становится сенсацией и получает все престижные жанровые награды (Хьюго, Небьюлу, и премию журнала «Локус»). Позднее появляются три сиквела романа — «Инженеры Кольца» (The Ringworld Engineers, 1980), «Трон Кольца» (The Ringworld Throne, 1996) и «Дети Кольца» (Ringworld’s Children, 2004).

В одном из своих эссе Нивен признался, что как только начал писать научную фантастику, у него сразу же появилась мечта — получить премию «Хьюго». Задачу эту Ларри успешно перевыполнил: на сей момент в его активе числится аж пять «Хьюго» плюс россыпь других престижных наград. Помимо «Нейтронной звезды» и «Мира-Кольца» вожделенную премию получили рассказы «Непостоянная Луна» (Inconstant Moon, 1971), «Дырявый» (The Hole Man, 1974) и повесть «Пограничная полоса Солнца» (The Borderland of Sol, 1975).

Несмотря на безграничную преданность «твердой» научной фантастике, Ларри Нивен иногда позволял себе адюльтеры с иными жанрами. В 1969-ом году с рассказа «Незадолго до конца» (Not Long Before The End) начинается история фэнтезийного цикла «Эпоха Чародеев» (увы, почти неизвестного российскому читателю). А в 1978-ом году Нивен заканчивает работу над полноценным романом «Магия уходит» (The Magic Goes Away), события которого происходят в мире «Эпохи Чародеев». Разумеется, фэнтезийные произведения Ларри Нивена коренным образом отличались от основного жанрового потока. Писатель сделал попытку создать своеобразное «рациональное» фэнтези и разработал концепцию ограниченности магических ресурсов. Мир Нивена, разительно непохожий на волшебные миры героических фэнтезийных романов, пришелся по вкусу как читателям, так и писателям. В 1981-ом году выходит первый мультиавторский сборник рассказов «Магия может вернуться» (The Magic May Return), базирующийся на «сеттинге» Нивена. В 1984-ом второй — «Больше магии» (More Magic). Среди авторов, поучаствовавших в написании этих книг, отметились такие литературные знаменитости как Пол Андерсон, Роджер Желязны, Фредерик Саберхаген и Стивен Барнс. Серия оказала немалое влияние на фэнтезийное пространство. Например, в популярной карточной игре Magic: The Gathering есть карта Nevinyrral’s Disk (Nevinyrral — анаграмма Larry Niven), работающая точно так же, как и магический артефакт Колесо Колдуна из цикла «Эпоха Чародеев».

В 1988-ом году Ларри открыл доступ для мировой фантастической общины в свой «Известный Космос» (цикл, объединяющий практически все научно-фантастические произведения Нивена, в том числе и серию «Мир-Кольцо»). Выходит в свет первый мультиавторский сборник «Война людей с кзинами» (Man-Kzin Wars). К 2005-ому году подобных сборников накопилось аж одиннадцать штук, в составлении их приняли участие многие известные англоязычные фантасты. С грустью вынуждена констатировать, что за исключением нескольких отдельных рассказов, ни один из сборников на русский язык не переводился.

Немалый след в истории фантастической литературы оставили и соавторские работы Нивена, в частности произведения, написанные им вместе с Джерри Пурнелем. Отдельно следует отметить постапокалиптический роман «Молот Люцифера» (Lucifer’s Hammer, 1977), по которому в 1993-ем году компания Innovation Comics выпустила шесть книг комиксов, и масштабный научно-фантастический роман «Мошка в зенице Господней» (The Mote in God’s Eye, 1974).

Предсказатель флэшмобов
Нивен по праву может считаться предсказателем забавного современного феномена, называемого «флэшмобом». Как известно, «флэшмоб» — это акция, участники которой в заранее оговоренном месте в течение некоторого времени выполняют какое-либо одинаковое действие, а затем быстро расходятся. В рассказе «Вспышка толпы» (Flash Crowd), написанном в 1973-ем году (а первый «флэшмоб» состоялся, как известно в 2003-ем), Нивен придумал сходную формацию. Правда в произведении толпы людей собирались не по предварительной договоренности, а благодаря повсеместному распространению телепортации, позволявшей мгновенно перемещаться из одной точки пространства в другую.

Помимо литературной деятельности, Ларри Нивен подвизался на должности сценариста различных телевизионных сериалов. В частности, он работал над эпизодом для мультипликационной версии легендарного сериала «Звездный Путь» (Star Trek, 1973-1975), двумя эпизодами восхитительной научно-фантастической «Затерянной земли» (Land of the Lost, 1974-1977) и адаптировал для популярного телесериала «За гранью возможного» (The Outer Limits, 1995-2002) свой «хьюгоносный» рассказ «Непостоянная Луна».

Сейчас шестидесятивосьмилетний Ларри Нивен продолжает писать книги в соавторстве. Он не забывает ни об одном из своих грандиозных циклов и планирует в 2007-ом году порадовать новыми произведениями и многочисленных поклонников «Известного Космоса», и почитателей «Эпохи Чародеев», и любителей прочих придуманных им вселенных.

Мир-Кольцо

Лоренс ван Котт Нивен написал немало превосходных романов и восхитительных рассказов. Однако в солидном литературном парке есть одно произведение, выделяющееся среди всех прочих произведений американского фантаста — легендарный роман «Мир-Кольцо». Это один из недосягаемых пиков всей англо-американской фантастики, монументальное произведение, по праву занимающее место в пантеоне жанровой классики. По масштабам размаха и глобальности замысла «Мир-Кольцо» стоит на одном уровне с «Властелином Колец» Толкиена и «Дюной» Герберта. Роман Нивена оказал огромное влияние на современную научно-фантастическую литературу и кинематограф. Тем обиднее, что в России по какой-то нелепой иронии судьбы «Мир-Кольцо» известен исключительно поклонникам жанра, а широкому кругу читателей практически не знаком. Причина этого, возможно, кроется в том, что во времена «дикого книгоиздания» роман, угодив по недосмотру в одну котомку с фантастическими боевиками, пролетел мимо целевой аудитории; возможно, что она, причина, таится в не блещущих особыми литературными достоинствами переводах на русский язык; возможно еще в чем-то…

Главный герой романа — человек Луис Ву — получает предложение от кукольника Несса, представителя инопланетной формы жизни, предложение принять участие в некой исследовательской экспедиции. Помимо Ву и Несса участие в ней должны принять Тила Браун, двадцатилетняя девушка с Земли, и еще один представитель инопланетной расы — кошкоподобный кзин Говорящий с Животными. Цель экспедиции изначально известна лишь кукольнику Нессу. Отличительной чертой этой удивительной расы являлась предельная осторожность, которую земляне могли бы счесть обычной трусостью. Однако именно кукольник среди четырех разумных рас Известного Космоса добились наибольших успехов в области науки и техники. К моменту начала событий, описываемых в романе, они покидали пределы Галактики, узнав о взрыве Сверхновой в ее ядре. Тем удивительнее была затеянная кукольниками экспедиция — зачем расе, оставляющей свой космический дом, могла понадобиться эта разнородная команда? Разгадка не заставила себя долго ждать — оказалось, что, покидая пределы Галактики, кукольники неожиданно наткнулись на странный артефакт — звезду, опоясанную гигантским кольцом явно искусственного происхождения. Отличаясь чрезмерной осторожностью, сами они побоялись исследовать таинственное космическое тело. Именно эта задача и была возложена на собранную Нессом команду. Им предстояло изучить загадочный Мир-Кольцо, попытаться понять — кто и с какой целью его создал. И, можете быть уверены, реальность превзошла все мыслимые и немыслимые ожидания.

Одна из наиболее сильных сторон романа романа «Мир-Кольцо» — описания привычек и обычаев инопланетных рас и их взаимоотношений с прочими обитателями Известного Космоса. Неудивительно, что многие находки Нивена были впоследствии позаимствованы его коллегами по фантастическому цеху. Отличились на этом поприще и игроделы. Например, в компьютерной игре Star Fleet Command вскользь упоминается племя кзинов, воинственных прямоходящих кошек. А в сиквеле — Star Fleet Command II: Empires at War — кзины становятся одной из полноправных действующих рас. В культовой игровой вселенной Wing Commander есть раса воинственных существ килрати, которые тоже как две капли воды похожи на нивеновских кзинов.

В 1984-ом году свет увидела ролевая игра RingworldRPG. Первоначально вышел базовый сет Larry Niven’s Ringworld: Roleplaying Adventure Beneath the Great Arch, к которому впоследствии добавилось расширение Ringworld Companion. Нельзя сказать, что игра пользовалась безумной популярностью, однако свою небольшую армию преданных поклонников она собрала. Сейчас RingworldRPG является большим раритетом и в свободной продаже отыскать его невозможно.

Как ни странно, но фильма по роману «Мир-Кольцо» так по сей день никто и не снял. Еще в далеком 1997-ом году права на экранизацию приобрела компания QDE Entertainment. Сообщалось, что режиссерское кресло займет Фил Типпет, известный не столько своими сольными проектами, сколько работой над визуальными эффектами для таких культовых фильмов как «Звездные Войны», «Робот-полицейский» и «Звездный Десант». Бюджет картины должен был составить весьма приличную для тех времен сумму в 80 миллионов долларов. Однако после столь обнадеживающих сообщений наступило затишье, разбавляемое слухами о том, что возможно режиссером картины будет назначен Джеймс Кэмерон, а бюджет постановки возрастет чуть ли не в полтора раза. В 2003-ем году к Ларри Нивену обратились представители компании Industrial Light and Magic, основателем и владельцем которой является Джордж Лукас. Циркулировали слухи о том, что боссы Industrial Light and Magic проявили интерес к произведениям фантаста, однако, увы, слухи так слухами и остались. На настоящий момент судьба возможной экранизации романа «Мир-Кольцо» неясна.

В 1992-ом году компания Tsunami Games выпустила компьютерную игру Ringworld: Revenge of the Patriarch. Это был типичный для тех времен квест, с довольно симпатичным визуальным и звуковым оформлением. Несмотря на то, что события его происходили во вселенной Нивена, прямого отношения к сюжету романа Revenge of the Patriarch не имел. Нам предстояло взять на себя роль по спасению Известного Космоса от разрушительной войны, которую планировал развязать чокнутый Патриарх кзинов. Его Величество изволил гневаться на расу трусливых кукольников и намеревался использовать против них свежеизобретенное оружие крайне разрушительной мощности. «Мы» — это некто Квин, близкий друг Луиса Ву (главного героя оригинального романа, если вы вдруг забыли), и пара соратников по борьбе — кзин Жаждущий Мести и милая девушка-инженер Миранда. Спасать мир, следуя заветам квестов, нам предстояло в процессе общения с разнообразными персонажами и передачи им полезного и бесползеного скарба. Управление и интерфейс игры до боли напоминали сиерровскую классику, а невнимательный игрок и вовсе мог спутать Ringworld с какой-либо из ранних частей King’s Quest или Space Quest. Тем не менее, сюжет у игры был довольно занятный. Единственное, что печалило — это тотальная простота и легкость прохождения. Квестерам-ветеранам не составляло ни малейшего труда расколоть Revenge of the Patriarch всего за пару часов. В общем, бессмертной классикой игру не назовешь, но почитателям «Мира-Кольца» и фанатам приключений в стиле point-and-click я рекомендую ее настоятельно.

В 1994-ом году ответственная за создание Revenge of the Patriarch компания Tsunami Games порадовала поклонников Ларри Нивена сиквелом — Return to Ringworld. В точности как и первая часть игра представляла собой классический point-and-click квест и никаких технологических новшеств в жанр не привносила. Наши старые знакомые — Квин, Миранда и кзин Жаждущий Мести — предотвратив очередную мировую войну, по самые уши вляпались в неприятности. Патриарх кзинов, чей сверхмощный космический корабль мы благополучно угробили в первой части цикла, объявил награду за их головы. Кроме того, герои ухитрились обидеть кукольников, надурив их с кое-какой важной информацией, и людей, которые вместе с правителями Кзинов разрабатывали сверхсекретный гипердвигатель. Весь мир осерчал на недавних спасителей, и теперь единственный шанс их спастись от карающей длани объединенных рас — отправиться обратно на Мир-Кольцо… Замечательная находка Revenge of the Patriarch — подробная база данных по вселенной Известного Космоса, хранящаяся в бортовом компьютере космического корабля наших приключенцев. Те игроки, что помнят мир Нивена от «А» до «Я», могут пустить ностальгическую слезу, ковыряясь в завалах разнообразной информации, те же искатели приключений, которые книги Нивена оставил вне сферы своих интересов, получают доступ к ценной и крайне полезной информации, крайне важной для изучения Мира-Кольца. К числу нововведений можно отнести возможность переключения между тремя персонажами игры и гигантские лабиринты, на изучение которых уходила прорва времени. В общем и целом, следует констатировать, что сиквел оказался весьма удачным. Поклонникам творчества Нивена он пришелся по вкусу. Рекомендую.

Больше игр непосредственно по вселенным Ларри Нивена не выпускалось. Но здесь следует вернуться к самому началу статьи, где я распиналась про синтетические формы искусства, и вспомнить о том, сколь существенное влияние оказал американский фантаст на нынешнее поколение деятелей сфер, связанных с научной фантастикой. Многие игроделы открыто признают, что вдохновлялись романами Нивена. Среди них и создатели легендарной космической war-game Star Control, и творцы стратегической игры Space Empires IV, и ребята из Level 9 Computing, подарившие в незапамятном 1983-м году миру занятную интерактивную приключенческую игру Snowball и многие другие. Правда кое-кто из разработчиков настолько привык к существованию кольцеобразных миров и рас воинственных «кошколюдей», что считает их народным достоянием и без всякого упоминания мистера Нивена внедряет в свои игротворения. Впрочем, когда твои находки настолько врастают в плоть современной культуры, что начинают считаться народными изобретениями — не это ли признак настоящей популярности?..

Думаю, сам мистер Нивен вовсе не в обиде из-за того, что некоторым его литературным изобретениям суждено прожить еще долгие века, пусть даже и без пресловутого значка ©. Право слово, Мир-Кольцо этого достоин.





Если Вас заинтересовал этот текст, то, вполне возможно, заинтересует и кое-что из следующих статей:

2 комментария
  1. CommentsBird1961   |  Суббота, 20 декабря 2014 в 14:20

    Удивительно, что до сих пор не сняли фильма по книге.

  2. CommentsBird1961   |  Понедельник, 29 июня 2015 в 11:31

    В дополнение к предыдущему! Какой потрясающий, по красоте и загадочности, мир можно было бы создать при помощи современных технологий. Жаль, что не удаётся докричаться до людей имеющих возможности это сделать.


Ваш комментарий:






Тоже интересно:


    Летом 1816 года юная Мэри Шелли и ее супруг Перси Шелли (один из величайших поэтов XIX века, между прочим) отдыхали в Швейцарии. По соседству с ними проживал лорд Байрон (еще один величайший поэт XIX века). Концентрация величайших поэтов XIX века для столь скромной территории была необычайно велика, посему они просто не могли не встретиться.

    [ читать полностью ]